Страсти по рогам и копытам

Премьер-министр России Дмитрий Медведев пообещал не ограничивать поголовье скота в личных подсобных хозяйствах граждан (ЛПХ) в ближайшее время. Это заявление главы правительства было обнародовано в четверг, 13 августа, после почти недельных ожесточенных дискуссий в СМИ. Дискуссии начались после того, как ранее, на заседании правительства, Медведев поддержал идею ограничить поголовье скота в ЛПХ.

С инициативой, по данным газеты «Коммерсант», выступил ставропольский губернатор Владимир Владимиров. Его возмутило, что в некоторых хозяйствах, числящихся как подсобные, содержатся по полторы тысячи быков, а их хозяева не зарегистрированы как индивидуальные предприниматели, не платят страховые взносы и налоги и «в отсутствии у себя земли занимаются фактически вредительством и создают социальную напряженность». Позже Минсельхоз добавил к числу причин и нарушение в ЛПХ санитарных норм.

Ожесточенная дискуссия, последовавшая за инициативой правительства, содержала много аргументов, но мало цифр, свидетельствующих о реальной роли личных подсобных хозяйств в России. И, как выяснилось из разговора DW с аграрными экспертами, неслучайно.

В чем разница между ЛПХ и фермерским хозяйством

Эксперты единодушны в том, что в России произошло смешение понятий «личное подсобное хозяйство» и «фермерское хозяйство», а значит, и статистики по ним. Как отметила Татьяна Рыбалова, независимый эксперт по молочной отрасли в России, если на Западе сельским хозяйством занимается одна категория населения — фермеры, то в России образовалось сразу несколько категорий производителей: крупные агрохолдинги, фермерские хозяйства и ЛПХ.

В чем же разница между личным подсобным хозяйством и фермерским? «Фермеры платят налоги, тогда как ЛПХ не платят, — пояснила Рыбалова. — Причем и те, и другие могут свою продукцию как продавать, так и сдавать на переработку, как это происходит, например, в южных регионах России».

ЛПХ в цифрах

К четкому разделению на ЛПХ и фермерские хозяйства не всегда стремятся и сами участники агрорынка, отметила и Елена Тюрина, директор Института аграрного маркетинга. «Фермеры порой признаются, что иногда из коммерческих интересов выступают как ЛПХ, а иногда как фермеры, например при получении кредита», — сказала она.

И все-таки приблизительные цифры есть. Как высчитал Институт аграрного маркетинга на основе официальных данных Росстата, максимальная доля ЛПХ зафиксирована в плодоовощной продукции: по итогам 2014 года в производстве картофеля она составила около 80 процентов. А вот в производстве птицы — только 8 процентов, причем и эта цифра в последние годы постоянно снижается.

По свинине доля ЛПХ составляет 23,5 процента, но тоже с тенденцией к сокращению. По молоку — около 45 процентов. Правда, оговорилась Елена Тюрина, ситуация сильно различается по регионам: «Есть регионы с высокой долей именно товарного производства, там работают крупные агрохолдинги, которые вытесняют с рынка мелких производителей. Например, в Московской области доля ЛПХ по молоку 8 процентов, а в Алтайском крае — 60 процентов».

На будущее ЛПХ эксперты смотрят без оптимизма

Татьяна Рыбалова считает, что ЛПХ в России неперспективны. Качество и мяса, и молока в этих хозяйствах, по ее словам, ниже, его часто и закупают как продукцию невысокого качества. Коровы, сохранившиеся в ЛПХ, Россию не накормят, уверена Рыбалова.

«Другое дело, что владельцы подсобных хозяйств способны кормить себя и, продавая излишки соседу, таким образом по-своему решать проблему обеспечения населения продуктами, — сказала эксперт. — Но в целом Россия отличается от Европы тем, что здесь наиболее эффективно работают мегафермы, крупные холдинги, а не мелкие хозяйства. Так что роль ЛПХ снижается — и активно».

С этой точкой зрения согласна и Елена Тюрина. «Как производство для внутреннего потребления семьи ЛПХ, конечно, останутся, — заметила она. — Но в целом производство в подсобных хозяйствах сойдет на нет.

Теория и практика

К инициативе правительства по ограничению поголовья скота эксперты относятся с пониманием. «Никто не собирается кого-то раскулачивать и ограничивать разумное содержание скота, — говорит Татьяна Рыбалова. — Если человек содержит 30 овец, то речь не идет о выживании. А если у него несколько овец, одна корова и три поросенка, то никто ему это запрещать не собирается».

Схожая точка зрения и у Елены Тюриной. «Если владелец хозяйства выращивает скот для продажи, то он должен перейти в категорию фермера, и его никто не будет трогать», — подчеркнула она. ЛПХ же, по ее словам, должно производить продукцию только для потребления семьи.

Аргументы экспертов сильно контрастируют с эмоциями, которыми наполнена дискуссия вокруг возможного ограничения поголовья скота в СМИ и социальных сетях. Основная мысль чиновников и лоббистов заключается в том, что надо наводить порядок, а политологи и часть политиков считают, что вначале нужно предложить людям альтернативу, и лишь потом запрещать. Так, представитель партии «Справедливая Россия» Андрей Туманов в интервью агентству Regnum заявил, что «нужно не ограничивать, а регулировать, особенно в «санкционные годы».

Но решительнее всех инициативу правительства критикуют мелкие сельхозпроизводители. Причем, даже не саму инициативу, а то, как она ляжет на сложившиеся реалии. Ведь ЛПХ воспринимаются ими как своего рода помощь на фоне слабой поддержки со стороны государства. Как сказал в эфире радиостанции «Говорит Москва» подмосковный фермер Андрей Лысенков, государство плохо поддерживает фермеров, и поэтому следует оставить в покое сельхозпроизводителей и дать им возможность «какую-то копейку заработать».