Ценовое обрезание пшеницы и пошлиный оброк на хлеборобов

Постановление вступает в силу с 1 июля 2015 года и предусматривает экспортную пошлину на пшеницу в размере 50% минус 5,5 тысяч рублей за 1 тонну, но не менее 50 рублей за 1 тонну. По сути своей, это потуги “ценового обрезания” внутреннего рынка от мировой конъюнктуры и “пошлинный оброк” на отечественных производителей зерна.

Какой должна быть цена в ориентированных на экспорт регионах на “франко - сараях”, чтобы пошлинное обременение свести к минимуму, аналитики уже считают. Как отреагируют сельхозпроизводители на это обременительное постановление, можно представить на примере Аргентины после плавающей пошлины 2008 года не досчитавшейся 32% зерновых: тогда властям пришлось отказаться от этой затеи после череды пикетов, устроенных аргентинскими аграриями. Для корректности аналога стоит отметить, что посевные площади пшеницы в Аргентине после неудачной попытки регулирования на 20% сократились, а валовой сбор по этой культуре на 41% обвалился.

Коль скоро правительство решило отсечь пшеничный сегмент от мирового рынка формулой, вероятную реакцию аграриев на “фискальные манёвры” правительства тоже можно формализовать, и не удивлюсь, если, по примеру Аргентины, под урожай 2016 года они сократят посевные площади пшеницы на 20%, что на продовольственной безопасности государства не отразится, но сократит экспортный потенциал.

Что касается самого механизма регулирования баланса “ценовым отсечением”, это равносильно лечить кашель слабительным и за примером несостоятельности таких методов лечения далеко ходить не надо, достаточно напомнить кабинету министров, что Казахстан проложил “зерновой коридор” в Иран.

08.06.2015-2.pngМежду тем Таможенный союз на данный момент трансформировался в ЕАЭС, и таможенная пошлина на участников этого экономического сообщества не распространяется. Логично предположить, что пшеница из граничащих с Казахстаном регионов будет утекать по этому коридору в страны Персидского залива, а перекрыть этот поток пошлинами мудрено. Кроме того, экспортёрам ничего не мешает открывать офисы в странах - импортёрах российской пшеницы зерна и повышать доходность экспортных операций за счёт промежуточного звена на входе без надобности повышать экспортные цены на выходе из России.

Вообще, постановление попахивает цинизмом “двойных стандартов” и лицемерием “благих намерений”. Экспорт минеральных удобрений, а по сути урожайности, кабинет министров не удосужился фискальной пошлиной обложить, а пшеницу с высокой добавленной стоимостью легко и непринуждённо удосужился. Если это не “двойные стандарты”, тогда “театр абсурда” не иначе как светоч реализма. Наконец, крайне сомнительны “благие намерения”, которые вокруг да около ограниченной покупательской способности населения крутились - вертелись и в итоге “страдальцами” за рост цен на социально значимые продукты оказались хлеборобы. Хотя, чтобы отделить “зёрна от плевел” семи пядей на тридцать два ума не надо, достаточно визуально представить цепочки ценообразования с соучастием трёх зерновых культур.

Вместе с тем факт налицо, его не вырубишь из официальной статистики топором, зерновые культуры и мука явно проигрывают в росте хлебу и мясу. Кто хлебопёков, животноводов и розничную торговлю подгоняет цены повышать, им должно быть виднее, но грешить на хлеборобов, по меньшей мере, грешно.

Так что пошлинное обременение сельхозпроизводителей дело отнюдь не праведное, а от лукавого, и это лукавство при ближайшем рассмотрении “двойного назначения”. Во-первых, негативный опыт Аргентины подсказывает, что “ценовое обрезание” пшеницы может в 2016 году на её урожае негативно отразиться. Во-вторых, даже если пошлину отменят, нет гарантий, что к 2017 году российский зерновой рынок может в полной мере восстановиться. Следует заметить, что сезон 2017 - 2018 года “президентский”, а выборы обычно сопровождаются заблаговременно подогреваемыми извне продовольственными лихорадками, которые подспудно доводятся до кипения изнутри. Так что если под очередную выборную кампанию процесс разогрева в ближайшее время активизируется, тогда пошлины могут оказаться весьма взрывоопасным “пламегасителем”, но это отдельная тема для разговора.

Владимир Решетняк