Сельское хозяйство России: новые достижения и старые проблемы

Вместе с тем новые достижения обострили старые инфраструктурные болячки, а также сделали более насущной необходимость разработки комплексной государственной программы развития сельского хозяйства страны.

Прошлогоднее падение курса рубля открыло интересные перспективы многим российским компаниям, в том числе и работающим в такой сложной отрасли отечественной экономики, как сельское хозяйство. Причем, открывшиеся горизонты настолько впечатлили экспортеров (в особенности занимающихся зерном), что даже потребовалось вмешательство со стороны государства для снижения темпов роста экспортных поставок зерновых.

Россия на протяжении ряда лет занимает ведущие позиции на мировом рынке зерновых: если еще буквально 20 лет назад наша страна могла с трудом прокормить себя (в 1998 году урожай зерна составил всего 50 млн. тонн), то уже в 2014/2015 маркетинговом году, по оценкам, экспорт составил порядка 30,5 млн. тонн при урожае 2014 года порядка 104 млн. тонн. Впечатляющие достижения российского сельского хозяйства.

Однако за этим красивым фасадом скрывается весьма сложная структура российского зернового рынка. Если по отношению к экспортному направлению особых вопросов не возникает по причине достаточно серьезного уровня консолидации зерновой экспортной отрасли (порядка 80% поставок за рубеж приходится на 20 компаний, среди которых почти половина является дочерними структурами транснациональных корпораций), то с внутренним рынком все гораздо сложнее. Он, что называется, переживает «болезнь роста», свойственную всем молодым рынкам: уже появляются крупные вертикально интегрированные агрохолдинги, такие, как «Разгуляй», «Русагро», «Мираторг», «Агрокомплекс», «Черкизово», «Юг Руси», но вместе с тем подавляющая часть зерновых производится небольшими сельскохозяйственными предприятиями, которые работают в границах только одного региона. Отсюда и специфичная двухуровневая система внутреннего оптового российского зернового рынка: первый уровень включает в себя малых товаропроизводителей, которые продают свое зерно оптово-посредническим структурам в границах своего региона; второй уровень, охватывающий всю Россию, включает в себя оптово-посреднические структуры, которые реализуют зерновые другим оптово-посредническим структурам либо конечным потребителям.

Оба этих уровня на сегодняшний день являются еще низко концентрированными, что определяет значительное число проблем на внутреннем российском рынке зерновых, начиная с нерегулируемости поставок зерна между регионами, заканчивая низкой информационной прозрачностью рынка, что серьезно сказывается на внутренних ценах, приводя к значительным диспропорциям цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию.

Помимо вышеперечисленного на внутренний рынок зерна также оказывают значительное влияние инфраструктура и логистика. Причем, уровень развития первого сильно мешает развитию второго. В некоторой степени - замкнутый круг. Конечно, нельзя сказать, что по обоим этим направлениям ничего не делается. Например, в сфере железнодорожных перевозок зерна на сегодняшний день существует два лидера - ГК «Русагротранс» и ГК «Содружество». Однако стоит понимать, что собственно перевозка - это еще полдела. Не менее важны мощности по хранению/погрузке/разгрузке/перевалке зерна. А вот тут и заключается одна из самых больших проблем: несмотря на приличную емкость зернохранилищ России (порядка 118 млн. тонн, из которых элеваторные мощности составляют не более 33 млн. тонн), значительная часть из них была построена в 50-70 годы прошлого века, что сильно сказывается на их технологическом оснащении. Конечно, крупнейшие агрохолдинги, в том числе перечисленные выше, активно инвестируют в развитие своей инфраструктуры. Помимо них в свою инфраструктуру вкладываются и крупнейшие российские экспортеры. Но всего этого недостаточно для развития российского рынка зерна как единого целого, ведь каждая компания заботится именно о своем развитии, что, впрочем, логично. Особенно важно развитие рынка с той точки зрения, что крупные потребители зерна стараются сами обеспечить себя необходимым сырьем, чтобы у них всегда был требуемый объем продукции для постоянной загрузки производственных мощностей. По совокупности всего вышесказанного получается, что груз ответственности за комплексное развитие зернового рынка в России в том или ином виде придется взять на себя государству.

Результатом всего вышеописанного стали сравнительно низкие закупочные цены на внутреннем рынке, что привело к активной продаже зерна на экспорт после начала девальвации рубля в конце прошлого года, что, в свою очередь, спровоцировало рост внутрироссийских цен на зерновые. Такая ситуация, особенно в условиях ускоренного роста потребительских цен, потребовала государственного вмешательства - с 1 февраля 2015 года были введены экспортные пошлины, которые фактически выступили в роли заградительных: 15% плюс 7,5 евро, но не менее 35 евро за тонну. Данная мера стабилизировала внутренние цены на зерновые и уже 15 мая экспортная пошлина была отменена.

Однако сильная волатильность на российском валютном рынке присутствует до сих пор, что (видимо, на основании успешного, по оценке свежеиспеченного главы Минсельхоза Александра Ткачева, опыта применения экспортной пошлины в начале года в аналогичных условиях) послужило основанием для введения новой пошлины с 1 июля 2015 года. Правда, на этот раз пошлина рассчитывается в рублях по формуле: 50% минус 5,5 тыс. рублей, но не менее 50 рублей за тонну. То есть в случае цены 11 тыс. рублей за тонну будет взиматься символическая пошлина в 50 рублей, при цене от 11 тыс. до 13 тыс. рублей плата экспортеров будет уже весьма ощутима (от 500 до 1000 рублей), при цене выше 13 тыс. рублей пошлина фактически становится заградительной. Однако не стоит забывать и про возможность роста собственно экспортной цены.

Данное государственное ограничение вызвало весьма неоднозначную реакцию в экспертном сообществе.

«Это серьезная ошибка, и те, кто лоббировал это решение, через некоторое время поймут, что оно негативно отразится и на их отрасли, - считает генеральный директор Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Дмитрий Рылько. - Особенно опасно то, что пошлина серьезно «поранит» наиболее передовую часть зерновой отрасли - производство высококачественного зерна. Получится, что от нее пострадают больше те, кто выращивает качественное зерно, вкладывает серьезные средства, чем те, кто не утруждает себя этим».

«Введение пошлины повлияет в первую очередь на сельхозпроизводителей Южного федерального округа, где сосредоточены основные экспортные мощности – морские перевалочные пункты», - говорит заместитель гендиректора консалтинговой группы «НЭО центр» Анастасия Залуцкая. Поскольку курс доллара по-прежнему высокий, у российского зерна есть ценовое преимущество – значит, вводить пошлину для ограничения экспорта и сдерживания цен на внутреннем рынке целесообразно, считает Залуцкая.

Однако противников экспортной пошлины больше всего волнует не сам факт ее введения, а пробелы, которые существуют в документе. Например, разница между заключением контрактов и собственно поставками составляет от 1,5 до 3 месяцев, поэтому в случае сильного роста курса доллара экспортеры могут начать фиксировать убытки по заключенным контрактам. Судя по всему, Минсельхоз услышал критиков и готов изменить методы расчета экспортной пошлины. Вероятно, что государство поднимет верхнюю планку расчета экспортной пошлины с 11 тыс. рублей до более приемлемых для экспортеров величин.

Судя по всему, нам совсем недолго осталось ждать до утверждения новых правил игры на рынке зерна, по которым российские сельхозпредприятия и экспортеры будут жить в 2015/2016 маркетинговом году.

Сергей Тарасов