Рыночные короли и капуста

Что собой представляют фермерские хозяйства за рубежом, мы знаем из телевизионных передач: огромные поля, новейшая сельскохозяйственная техника и чистые, словно умытые, животные. Труд у зарубежных аграриев, получается, благородный и благодарный.

И в России есть фермеры, и труд их не менее благородный, хотя и не такой благодарный. Кто-то, возможно, даже недоуменно воскликнет: «А они еще есть? Неужели их еще не вытеснили китайцы?» Выходит, пока еще не вытеснили. Многие из них собирают неплохие урожаи, не задирая ценников при реализации овощей.

Найти ферму Владимира Скорнякова в Ревякино совсем не сложно — в деревне все знают друг друга. К тому же многие жители работают именно у него. Фазенда Скорнякова стоит в чистом поле.

— Это удобно, — говорит сам Владимир при встрече, — хозяйство как на ладони: вышел во двор — и работай. И все под присмотром — и огород, и люди.

Когда-то Владимир и его родители работали в ревякинском совхозе, но в 1992 году всей семьей написали заявление на создание крестьянско-фермерского хозяйства и вышли из совхоза. Владимиру было тогда 24 года, он окончил ИСХИ по специальности агроном. Учился неплохо, ему даже хотели дать направление в аспирантуру и предлагали работать в институте преподавателем. Но будущий фермер отказался, уже тогда на землю тянуло. Решил, что надо свое хозяйство заводить. Нашел спонсоров, купил первый трактор, плуги, культиваторы. В первый год посадили только 5 гектаров картошки. Со временем площадь хозяйства выросла до 75 гектаров.

Треть своего огорода Скорняковы засевают картофелем, еще 10 гектаров — овощами: морковью, свеклой, редькой. Далее «мелочи» — 50 соток капусты, перцев, тыквы. Есть свои помидоры и огурцы. И урожай в этой году неплохой. Уборочные работы в самом разгаре, Владимир говорит, что 250—300 центнеров картошки они в любом случае накопают; 200 центнеров свеклы уже собрали, а морковку пока еще не начинали копать, ведь из-за затяжной весны и засушливого лета она только сейчас стала набирать массу.

Владимир признается, что погода в этом году сказалась только на урожае морковки и редьки, все остальное осталось на уровне прошлого года. Всем заведуют он и его жена Людмила, дети же только подрастают — старшему сыну Роману всего 11 лет.

— Видите на некоторых кочанах капусты дырочки? — показывает свое хозяйство Владимир. — Это капустная моль поработала, химию применяю мало. Однако я не стану вам врать, уверяя, что у меня ее нет совсем. И кто бы вам такое ни сказал, знайте — это неправда. Невозможно вырастить овощи в таких больших объемах, ничем их не обрабатывая. Однако я это делаю в разумных пределах. У тех же китайцев к капусте дырок нет совсем, потому что они моль травят каждые две-три недели. А я свои овощи сам ем, детей кормлю...

Впрочем, вырастить овощи — это лишь одна проблема. Другая — продать. — Это очень сложно, — вздыхает ревякинский фермер, — потому что цена на них зависит не только от моего желания. В прошлом году, например, килограмм морковки на Центральном рынке стоил 30 рублей. Я перекупщикам по 10 рублей отдавал. Когда вышел на рынок сам, отдавал по 25 рублей за кило. Но ко мне сразу стали другие продавцы подходить и ругаться: ты зачем нам цену ломаешь?

А так как объемы большие, самому все продать сложно, работать приходится в основном с перекупщиками. Или с теми покупателями, которые сами приезжают на ферму. Многие уже поняли, что такие покупки намного выгоднее, и бывает, что за день здесь очередь из машин скапливается. И на КамАЗах приезжают, и на фурах.

— Мне даже хотелось бы, чтобы люди сами приезжали, — говорит Владимир. — Чтобы видели, что это наши овощи, не китайские. А на рынке это сложно проверить. Разве что приехать в семь утра и посмотреть — кто и у кого делает закупки. Сейчас многие на рынке под своей продукцией пишут название какого-либо фермерского хозяйства, а начинаешь проверять — они даже фамилию своего фермера назвать не могут! Нередко овощи эти закупают у китайцев, в Хомутово, где сейчас самая низкая цена, а потом торгуют как своими. Этим грешат даже бабульки, выдавая огурцы со своего огорода.

Вот и сейчас в областном центре можно купить по большей части китайские овощи — фермеры пока занимаются тем, что забивают свои хранилища. Поэтому и с ценой еще до конца не определились. Например, еще недавно Владимир продавал картофель по 7 рублей за килограмм, сейчас по 10 рублей. В то же время на рынке второй хлеб меньше чем за 25 не найдешь. — Очень надеюсь, что в этом году не только перекупщики, но и мы тоже сможем заработать...

Мы перешагиваем морковные грядки, а Владимир продолжает делиться своими переживаниями:

— У меня из техники — три трактора «Беларусь», два ДТ-75 и два комбайна. В советские времена из этого набора у меня только бы одна «Беларусь» работала, остальную технику списали бы. Комбайнам уже по 15—20 лет. А у других фермеров комбайны работают, которые 30 лет назад выпускались, представляете? Поменять давно уже надо, а я все никак не могу денег накопить. А ведь надо еще и зарплату людям платить. Постоянно у Скорнякова работает от 20 до 30 человек, еще и студенты из Оека приезжают, иногда до 100 человек. Сами подрабатывают и фермеру помогают — пропалывать, выкапывать.

— К сожалению, работников все сложнее найти, — говорит мой собеседник. — Им зарплату даешь — они на следующий день не приходят уже. Есть, конечно, и порядочные люди, а есть такие, что только смотришь, не сломали бы чего, да не утащили.

Чиновники различного уровня своеобразно помогают фермерам, выдавая... почетные грамоты. Каждый год — да несколько раз. Скорнякову, который обычно занимает одно из первых мест по району, даже присвоили звание ветерана труда.

— Хотя, — горько улыбается он, — просто хочется, чтобы государство, не только на уровне области, но и всей страны повернулось к фермерам лицом. Ведь на том же рынке цена на овощи одинаковая, но перекупщики у китайцев берут, а фермеры свое продают. Китайцы потом весь доход с собой увозят, а мы тут живем. А иногда вообще в убыток работаешь. Недавно многие фермеры на лизинге прогорели, набрав техники. Ведь изначально шел разговор о том, что администрация области будет за свой счет гасить часть кредита. А теперь говорят, что в бюджете денег на это нет. А проценты капают. С некоторых пор с осторожностью отношусь и к конкурсам. В 2003 году я принимал участие в городских торгах и дал самую низкую цену на овощи. Так меня потом заставили развозить их мелкими партиями, по 50 и 100 килограммов. В итоге потерял порядка 200 тысяч рублей. Раскрученные места на рынке отдают своим людям, а у нас доходы падают. Семеноводство не развито, поэтому семена приходится покупать в Голландии и Нидерландах — это очень дорого.

Высказав все это, Владимир помолчал, а потом добавил: — Иногда охота все продать и бросить. А потом сядешь, подумаешь: ну а чем еще заниматься? С землей работаю — это же для души!